Музыка как судьба: «Звуковой ландшафт» духа Рустема Ахмедова

Недавно в родном Кокшетау произошло событие, которое до сих пор отзывается душевным трепетом у каждого, кто там присутствовал.

На сцене развернулось не просто музыкальное шоу, а настоящее откровение: сольный концерт лауреата международных конкурсов, скрипача, нашего земляка Рустема Ахмедова и презентация его авторского проекта «Soundscape».

В этот вечер скрипка говорила со слушателями о самом сокровенном: саундтреки к культовым кинолентам, мировые хиты, современная неоклассика слились в единый поток, заставив зал замереть, а у многих сидящих в зале Дворца культуры «Кокшетау» вызвав искренние слезы.

В чём же заключается свет истины этого удивительного музыканта? Почему его смычок заставляет сжиматься сердца, а сам он не боится быть «волком-одиночкой» в мире высокой классики?

Осознанный выбор: когда судьба стучится в сердце

В мире профессионального скрипичного искусства есть негласный закон: начинать учиться игре на скрипке нужно с 6–7 лет, пока суставы пальцев податливы, словно у юных гимнастов.

Рустем попал в детскую музыкальную школу Кокшетау к своему первому педагогу Мирре Авинировне Есиневич, когда ему исполнилось девять. По академическим меркам это поздно. В таком возрасте суставы уже сформированы, а мелкая моторика дается с огромным трудом.

Но там, где физиология ставила барьер, срабатывают талант, сила духа и упорство.

«Зато в девять лет я пришел в музыку абсолютно осознанно, — вспоминает Рустем. — Во мне жила огромная любовь к инструменту. Я уже тогда чётко понимал: мой единственный творческий путь до последнего вздоха — это скрипка».

Эта любовь зародилась ещё в 1994 году, когда шестилетний мальчик случайно увидел по черно-белому телевизору выступление Государственного струнного квартета имени Газизы Жубановой. Игра альтиста Дастана Балагумарова и скрипача Ермека Магавина перевернула сознание ребёнка, он «заболел» скрипкой.

Пройдут годы, и, играя в Государственном симфоническом оркестре под руководством знаменитой Айман Мусахаджаевой, Рустем окажется на одной сцене со своими детскими кумирами.

Разве это не свет истинной веры в мечту? Мальчик, отдавший сердце смычку, сегодня сам стоит на сцене и верит: возможно, прямо сейчас в зале сидит такой же малыш, чью жизнь навсегда изменит этот чистый, проникающий в душу звук.

Школа жизни и великие учителя

Путь к мастерству никогда не бывает гладким. Были спорные моменты на республиканском конкурсе, когда 13-летнего мальчишку комиссия пожурила за завышенную, слишком сложную программу, хотя он просто стремился догнать сверстников, которые в музыкальную школу пришли на несколько лет раньше.

Были и юношеские метания, когда внимание смещалось на спорт и футбол. Однако, истинный талант всегда возвращается к своему истоку.

Рустем с глубокой благодарностью вспоминает всех, кто вложил в него частичку своей души:

Мирра Авинировна Есиневич подарила любовь к музыке в её первозданной чистоте.
Раиса Кожабековна Мусаходжаева заметила юный талант на конкурсе и открыла дверь в «Kazakh National Academy of Arts» (тогда — Казахская Национальная академия музыки — КазНАМ).
Багдат Аябекович Абильханов обучил филигранности, безупречной технике и искусству бельканто — умению «петь» на инструменте.
Аскар Самратович Дуйсенбаев научил амплитудной вибрации, заставил раскрыть напористый, глубокий звук и передал неповторимую манеру исполнения.

Родители музыканта, ныне покойный отец Олжабай Ахмедов и мама Улболсын Аскаровна (известная в Кокшетау художница и мастер декоративно-прикладного искусства) всегда верили в сына.

Когда в 2005 году встал вопрос о гастролях в США, они, не колеблясь, взяли кредит, чтобы дать сыну шанс увидеть мир. И эти две недели в Америке распахнули перед молодым скрипачом горизонты: музыка — это язык, открывающий все двери земного шара.

Дальше были годы гастролей по всему миру с Академией солистов: Рим, Вена, Париж, Москва, выступления под руководством легендарного дирижёра Фуата Мансурова, сцена с Денисом Мацуевым, Виктором Третьяковым, Айман Мусахаджаевой… Но поистине новое дыхание ждало Рустема впереди.

Истоки света: династия красоты Улболсын Ахмедовой

Говоря о свете истины в судьбе Рустема, невозможно не сказать о человеке, который заложил в его душу первичное чувство гармонии и цвета — о его маме, Улболсын Аскаровне Ахмедовой.

Талантливая художница, мастер декоративно-прикладного искусства, дизайнер и педагог, она всю жизнь посвятила служению Прекрасному.

Корни её таланта уходят в детство, проведённое в Боровом Костанайской области, где сама природа учила видеть красоту. Любовь к живописи передалась ей от отца, который рисовал в редкие свободные часы. Уже в десять лет Улболсын твердо решила стать художницей.

Её путь — это неустанный поиск мастерства: изостудия Александра Никифорова, Алматинское художественное училище им. Н. В. Гоголя, театрально-художественный институт. От стремления подражать Рембрандту и Кастееву Улболсын Аскаровна пришла к национальному стилю и тончайшему искусству гобелена, вдохновляясь французскими мастерами, передающими до 500 оттенков одного цвета!

Она умеет запечатлевать на полотнах даже цветные сны: так рождались её знаменитые летящие лебеди. Её картины, панно, макраме и батики украшают частные коллекции во Франции и Германии, хранятся в музеях, а выставки, начиная от легендарной «Жігер» до международных вернисажей, стали яркими вехами творческой биографии.

Главная же победа Улболсын Аскаровны — это её сыновья! Она сумела передать им любовь к искусству: старший Рустем стал профессиональным скрипачом, младший Руслан — дизайнером.

Пережив тяжелую утрату — уход любящего супруга Олжабая, который всегда был опорой семьи, она не сломалась.

Находясь на заслуженном отдыхе, Улболсын Аскаровна продолжает творить, даря радость людям, и мечтает о собственной мастерской, поездке в Японию и передаче традиций внукам.

«У вдохновения три учителя, — говорит Улболсын Аскаровна. — Первый — природа. Второй — книги. И третий — педагог, который направляет».

Смотря на материнский путь, понимаешь, у кого Рустем унаследовал эту абсолютную непреклонность в творчестве и умение видеть свет даже в самых сложных испытаниях.

На сцене с первым педагогом по классу скрипки Миррой Авинировной Есиневич

Подвиг на сцене и «Звуковой ландшафт» духа

Музыкальная истина Рустема Ахмедова раскрылась во всей полноте, когда он создал авторский проект «Soundscape» («Звуковой ландшафт»).

Уйдя от жестких рамок академического исполнительства, Рустем ощутил абсолютную свободу творчества. Он отказался от стандартных «минусовок» и начал создавать собственные, уникальные аранжировки, сплетая несколько произведений в гармоничные попурри и дополняя их живыми звуками природы — шумом Ниагарского водопада, ветром пустыни Сахара, африканской грозой.

На концерте Рустем выступает как человек-оркестр: он сам себе режиссер, исполнитель, ведущий и автор видеоряда. Но за этой видимой легкостью и гармонией кроется колоссальный, почти драматический труд и железная воля.

На концерте в Кокшетау произошел эпизод, который с полной обнаженностью показал зрителям, что такое настоящий профессионализм и верность своему делу.

Буквально до начала выступления Рустем сильно поранил палец. Для скрипача, чьи подушечки пальцев испытывают колоссальное давление струн, порез -это острая, пронизывающая боль, способная сорвать любое исполнение. Палец кровоточил, оставляя следы на грифе инструмента.

Артист был вынужден на несколько минут приостановить программу и попросить у публики всего лишь 5-минутный перерыв, чтобы обработать рану. В этот момент зал замер, осознав, с каким невидимым зрителю физическим и душевным напряжением дается каждый звук. Рустем вернулся к зрителям, продолжил играть с той же страстью, филигранностью и полной отдачей, словно ничего не произошло.

Это ли не пример настоящего артистического героизма? Подвиг музыканта заключается не только в виртуозности, но и в готовности отдавать себя публике до последней капли, вопреки боли и обстоятельствам.

Когда Рустем играет, он входит в особое состояние, близкое к трансу, когда на глаза наворачиваются слезы, которые приходится прятать от публики.

И в этом кроется главный секрет:

«Как бы гениально ни играл музыкант, если он сам не испытывает чувств в этот момент, публика останется холодной. Ей будет всё красиво, она подарит аплодисменты, но внеземного откровения не случится.
Ведь Музыка дана свыше, и её богатство не измерить никакими мерками».

Алхимия звука: мастер, дарующий голос инструментам

Есть у Рустема Ахмедова ещё одна удивительная и редкая грань — он мастер-самоучка по реставрации и отстройке струнных инструментов. Пожалуй, он — единственный в Казахстане специалист, способный раскрыть «потаенный» голос скрипки, виолончели или контрабаса, почти ничего в них не меняя, лишь ювелирно отстроив положение душки, подставки и толщину дерева.

В свое время народная артистка РК Айман Мусахаджаева предлагала ему поехать учиться в знаменитую Кремону, итальянскую мекку скрипичных мастеров. Но Рустем выбрал семью: оставить супругу и двоих маленьких детей на полгода он не смог. И этот выбор тоже пронизан светом человеческой истины.

А история его семьи вообще похожа на красивую легенду.

Со своей супругой Магидой, талантливым музыкантом, играющей на древнем қыл-қобызе, он познакомился в 2015 году в штаб-квартире ЮНЕСКО в Париже, на праздновании юбилея Коркыт ата. Сегодня они воспитывают двоих детей: 10-летнего Арнура и 8-летнюю Армин. Дети пошли по стопам отца, оба учатся по классу скрипки, а Арнур уже завоевывает звание лауреата на республиканских и международных конкурсах.

Кстати, для қыл-кобыза супруги Рустем, как мастер, тоже сделал модернизацию, инструмент зазвучал ярче и громче.

А сам сейчас выступает на скрипке китайского мастера, которую купил на аукционе и тонко отстроил своими руками.

«Сейчас я играю на инструменте, зазвучавшем после моей отстройки так, что лучше я в жизни не встречал. Моя скрипка полностью передает мои эмоции. Я чувствую себя волшебником, который наконец-то нашел свою волшебную палочку».

Ахмедова Улболсын Аскаровна с сыновьями Рустемом и Русланом, внуками Арнуром и Армин

Размышления у истока истины

В чём же свет истины Рустема Ахмедова, которым он так щедро делится со слушателями?

В том, что истинное служение искусству — это бесстрашие и самопожертвование.

Когда кровоточит палец, а скрипач снова берет в руки смычок, чтобы продолжить дарить людям радость. Когда в девять лет идешь за мечтой, невзирая на академические ярлыки «поздно».

Когда уходишь от привычных шаблонов, чтобы создать свой уникальный мир музыки.

Свет истины героя, наверное, заключается в абсолютной искренности, в отстроенном вручную инструменте, в готовности идти до конца ради своего зрителя и в способности провести искру божественного звука прямо в человеческие сердца.